«Махабхарата» — 100 Великих Книг

Просмотров: 49

«Махабхарата» — 100 Великих Книг

Нет в мировой литературе книги более обширной. Не море — океан поэзии. 200 000 стихотворных строк, почти 16 Гомеровых «Илиад» Сама «Махабхарата» распадается на 18 книг плюс еще одна дополнительная. А внутри каждой — масса вкрапленных сюжетов, каждый из которых развертывается, как правило, в самостоятельное произведение. «Махабхарата» переводится как «Великое [сказание о потомках] Бхараты» и посвящена описанию грандиозной битвы между двумя соперничающими царскими родами племени бхаратов и сопутствующих ей событий.

По существу, в сражение вступили двоюродные братья — 5 Пандавов и 100 Кауравов. Однако в битве участвовали не только их ближние и дальние родичи, но и чуть ли не все население Древней Индии, многомиллионные массы разношерстных племен. Благородные Пандавы были и до сих пор остаются народными любимцами. Кауравы, среди которых тоже было немало достойных воителей, им завидовали с самого детства и пытались — сначала оклеветать, лишить по праву принадлежащего им царства, а потом и вовсе погубить. Из-за этого и разыгралась великая битва — на фоне великих страстей.

Древние авторы славились умением описывать сражения. «Махабхарата» здесь не исключение. Не главы — целые книги посвящены кровавому столкновению огромных армий и изощренным поединкам. Вот лишь крошечный эпизод в долгом и кровопролитном поединке Пандавов с благородным и всесильным Бхишмой — двоюродным дедом Кауравов, храбрым и справедливым воителем, наставником в воинском искусстве многих героев индийского эпоса. Его появление на поле брани описывается так:

Зажглись его стрелы, как молний зарницы, И громом был грохот его колесницы, А лук — словно огнь, в бранной сече добытый: Служил ему топливом каждый убитый, Как вихрь, раздувающий пламя, — секира, А сам он — как пламя в день гибели мира! Он гнал колесницы врага, всемогущий, И вдруг появился в их скачущей гуще, Казалось, как ветер сейчас он взовьется! Он вражеских войск обошел полководца И вторгся стремительный в их середину, И громом колес он наполнил равнину, И воины в страхе на Бхишму глядели, И волосы дыбом вздымались на теле. Иль то Небожители, гордо нагрянув, Теснят ошалелую рать великанов? Пандавы на Бхишму, исполнены гнева, Напали со стрелами справа и слева «…» И места не стало у Бхишмы на теле, Где б стрелы, как струи дождя, не блестели, Торча, словно иглы, средь крови и грязи, Как на ощетинившемся дикобразе! Так Бхишма упал на глазах твоей рати, Упал с колесницы, о царь, на закате, К востоку упал головой, грозноликий, — Бессмертных и смертных послышались крики… (Переложение Семена Липкина)
Поэтическое мастерство безвестных авторов «Махабхараты» достигло небывалых высот и почти абсолютного совершенства. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что, начиная с XIX века, ряд сюжетов вставных поэм древнеиндийского эпоса не раз вдохновлял многих европейских поэтов. Перевод на русский язык В. А. Жуковским поэмы о Нале и Дамаянти — лучшее тому свидетельство. И как выразительно и свежо зазвучали по-русски древние шлоки. Достаточно вспомнить блистательные характеристики главных героев. Вот царь Наль:

… В целом свете царя, подобного Нолю, Не было, нет и не будет: меж другими царями Он сиял, как сияет солнце между звездами. Крепкий мышцами, светлый разумом, чтитель смиренный Мудрых духовных мужей, глубоко проникнувший в тайный Смысл писаний священных жертв, сожигатель усердный В храмах Богов, вожделений своих обуздатель, нечистым Помыслам чуждый, любовь и тайная дума Деве, гроза и ужас врагов, друзей упованье, Опытный в трудной военной науке, искусный и смелый Вождь, из лука дивный стрелок, наипаче же славный Чудным искусством править конями — на них же он в сутки Мог сто миль проскакать — таков был Ноль…
А вот царевна Дамаянти, перед очарованием которой не устояли главные Божества ведийского пантеона — Индра, Агни, Варуна и Яма, — но прекраснобедрая и лучезарная девушка предпочла всем им одного земного Наля:

… Как с неба слетевший Ангел, она прекрасна была, И прелесть любви окружала Нежные члены ее, вожделенье любви пробуждая В каждом сердце; и месяц, и солнце не столь утешали Светом своим, как ее пленительно-девственный образ. (Переложение ВА. Жуковского)
«Махабхарата» — не только поэтическая энциклопедия древности, но еще и учебник мудрости. Не одно поколение индийцев воспитывалось на «Бхагавадгите» («Божественная песнь») — философской поэме, вкрапленной в эпос и аккумулировавшей в себе основные мировоззренческие и моральные принципы индийского менталитета. Воплощенная в изящную поэтическую форму «Бхагавадгита» — подлинная жемчужина мировой философии и поэзии:

У того, кто о предметах чувств помышляет, привязанность к ним возникает; Привязанность рождает желанье, желание гнев порождает. Гнев к заблужденью приводит, заблужденье помрачает память; От этого гибнет сознанье; если ж сознание гибнет — человек погибает. Кто ж область чувств проходит, отрешась от влечения и отвращенья, Подчинив свои чувства воле, преданный атману [духу], тот достигает ясности духа. Все страданья его исчезают при ясности духа, Ибо, когда прояснилось сознанье — скоро укрепляется разум. Кто не собран, не может правильно мыслить, у того нет творческой силы; У кого же нет творческой силы — нет мира, а если нет мира, откуда быть счастью? (Перевод Б. Л. Смирнова)
Итак, Доблесть, Любовь и Мудрость — три главных устоя, на которых зиждется «Махабхарата». Впрочем, это устои и самой жизни.

 

Контакт для писем и вопросов mr.kottik@bk.ru