Часть вторая: Жизненные университеты - Поднять меч за брата - Кямал Ходжар оглы

Просмотров: 544

Часть вторая: Жизненные университеты - Поднять меч за брата - Кямал Ходжар оглы

Служба в армии оказалась одним из серьезных испытаний для Сейфуллы по двум причинам. Во-первых, она совпала с находившейся в то время в самом разгаре Корейской войной, и во-вторых, во многом поэтому, служба затянулась на три года без отпуска. Трудно представить, каково было нашим родителям, особенно для мамы.

Призывная комиссия направила его в учебную часть в гор.Чугуев (Харьковская область), где он прошел подготовку артиллериста. Затем его через всю страну перевели служить в Приморский край, в городок Спасск-Дальний, недалеко от КНДР, где концентрировались советские подразделения, главным образом авиационные, принимавшие участие в Корейской войне.

О Корейской войне в СССР и РФ официозом написано не так уж много. Причина - СССР якобы не участвовал в этой войне, что конечно же далеко от истины. На самом деле, Корейская война — конфликт между Северной и Южной Кореями, которая длилась с 25 июня 1950 по 27 июля 1953 представлял собой ничто иное, как конфликт времен холодной войны, или опосредованную войну (proxy war) между США c их союзниками и силами КНР и СССР. Характерно то, что со стороны Юга в войне принимали участие Республика Корея, США, Великобритания, Австралия и ряд других стран в составе миротворческих сил ООН.
Независимые российские историки полагают, что конфликт развязали северяне с целью свержения проамериканского режима на юге. Причем Сталин дал согласие на проведение военной операции. Детали были согласованы во время визита Ким Ир Сена в Москву в марте — апреле 1950 года. В разработке плана вторжения в Республику Корея принимал участие главный военный советник в КНДР генерал-лейтенант Николай Васильев. 27 мая посол СССР в КНДР Терентий Штыков сообщил в телеграмме Сталину, что общий план нападения готов и одобрен Ким Ир Сеном.

Я не буду подробно останавливаться на ходе и итогах этого конфликта. Они хорошо известны: Корейской полуостров до сих пор разделен на два государства, одно из которых - КНДР - представляет головную боль для мирового сообщества. Моя задача - показать, как у моего брата были украдены три года цветущего возраста, как в угоду бессмысленного противостояния с Западом, с целью поддержки авторитарных режимов, распространения чуждых другим странам социалистических идей, СССР принимал участие в зарубежных конфликтах, где гибли ни в чем не повинные солдаты и офицеры.

Причем, пресловутая секретность, какие-то мнимые соображения безопасности приводили к тому, что многие конфликты и горячие точки, в которых участвовал СССР, сознательно умалчивались или информация по ним искажалась. Это относится и к Корейской войне, которая хотя и не прямо, но все же затронула моего брата. Ведь его артиллерийский полк фактически был буфером, сдерживающим фактором, дабы конфликт не распространился на территорию СССР. Хотя были сообщения о том, что когда шла Корейская война, два истребителя ВВС США "Шутинг Стар" нарушили государственную границу СССР и атаковали советский военный полевой аэродром "Сухая Речка" в Хасанском районе Приморья.

С одной стороны, Москва всячески отрицала участие в этой войне, с другой - просачивались сведения о погибших летчиках. И были отменены все отпуска военнослужащим, которые находились в Приморье даже после прекращения военных действий. Придумывались различные предлоги по отмене отпусков. В случае с Сейфуллой действовал "железный аргумент", мол дорога домой займёт больше времени, чем сам отпуск.

Три года в Приморье, вдалеке от Баку, от родных и близких - это серьезный стресс. Причем в строгой армейской обстановке, с дедовщиной и офицерским беспределом, вдобавок без отпуска. Ему пришлось многое преодолеть и перетерпеть, выдержать явные несправедливости. Так, в армии его мучали головные боли, и просьбы о медпомощи начальство расценивало как симуляцию кавказца, который не хочет служить. Его тупо подозревали в воровстве в артиллерийской части тёплого нижнего белья для матросов(!?), которое он получил посылкой из дома. Белье любезно передал наш сосед Гера Шамаев, отслуживший на Черноморском флоте. Об этом и о многих других "прелестях" армейской жизни Сейф расскажет позже, после демобилизации в конце 1955 года.

Удивительно, несмотря на немалые испытания и трудности, Сейф не считал воинскую службу потерянными годами, хотя многие, прошедшие Советскую армию, называют это загубленным, невосполнимым временем. Он проявил характер, не надломился, вступил там в партию и с оптимизмом смотрел в будущее, хотя членство в КПСС не сыграло никакой положительной роли в его дальнейшей карьере.

На мой взгляд, одним из немаловажных противоречивых последствий службы в армии стало дальнейшее обрусение Сейфуллы, которое началось еще на гражданке, на Баилове. Я уже писал в предыдущей части, в какой обстановке жила наша семья, как это повлияло на формирование мировоззрения и язык общения моих братьев и сестер. Этим языком был русский. Причем складывалась парадоксальная ситуация: родители между собой и с нами говорили на азербайджанском, а мы им отвечали по-русски. И потом, мы все учились в школах с преподаванием на русском языке, который, к тому же, как известно, был государственным языком СССР.

Все мы, естественно, на генетическом уровне, в детстве и юности понимали родной язык, но говорили на нем по-разному плохо. Что касается Сейфуллы, то он почему-то очень стеснялся говорить на родном языке и поэтому чувствовал себя неуютно и неловко в азербайджанской среде, к примеру, когда к нам приходили друзья родителей. Мне кажется, что с годами объективно, под влиянием разных факторов, особенно после трёх лет службы в армии, у него закрепился некий комплекc по отношению к азербайджанскому контенту. Думаю, что он от этого немало страдал, но внешне не показывал.
Трёхгодичное отсутствие дома сказалось на адаптации Сейфуллы в Баку, даже среди родных и друзей. Все же три года - немалый срок, причем в совершенной другой обстановке, другом климате, при других социальных установках и ориентирах. Чувствовалось, что он сильно отвык от Баку, от родного Баилова, ему необходимо время для привыкания, акклиматизации в широком смысле слова. У него пока ещё так называемый "дембельский синдром", знакомый многим, долго служившим в армии: ты вроде бы на гражданке, но все ещё в армии.

Он все больше тяготится отсутствием серьезного занятия. Возвращаться на прежнюю работу на железной дороге ему конечно же не интересно - это пройденный этап. Но сидеть без дела тоже не хочет, не в его это характере. И он принимает неожиданное для родителей решение поехать в Новосибирск, куда зовут комсомольцев, молодежь для будущего Академгородка.

Отцу, конечно же такой поворот событий не понравился, но он не стал удерживать сына, давая ему возможность переболеть зависимостью от прежней жизни. На самом же деле поездкой в Новосибирск Сейфулла, мне так кажется, как бы обманывая себя, только продлевал эту зависимость. Ведь, как не крути, все же нет большой разницы между Новосибирской областью и Приморьем. Отец, видимо, тоже был такого мнения и вскоре, не выдержав, съездил в Новосибирск и вернул сына домой.

Важно отметить, что отец поездкой в Новосибирск никоим образом не ставил целью показать свой авторитет, какой-то там домострой. Да, он, действительно, был строгим, требовательным, но при этом не был властолюбцем, безжалостным, а наоборот всячески помогал своим детям, старался привить им стремление к знаниям, учебе. Хорошо зная способности старшего сына, его прошлые успехи в школе и техникуме, отец, конечно же, желал, чтобы Сейфулла продолжил учебу. Вот почему отец поехал в Новосибирск, и сын позже ему будет благодарен за это.

Спустя некоторое время, летом 1956 года Сейфулла, успешно сдав вступительные экзамены, поступил на Юридический факультет Азгосуниверситета. Возможно ли представить себе его способности, запас и уровень знаний, когда после большого перерыва в учебе и не имея достаточного времени для подготовки, он преодолевает вступительный барьер в серьезный ВУЗ?! Причем на факультет, куда без протекции попасть было практически невозможно. Фантастика!

Проучится он на юрфаке три курса и это будет одним из лучших периодов его жизни.
Университет располагался в центре Баку, на тогдашней ул.Коммунистической, рядом со зданием Баксовета - мэрией города. Однокурсники Сейфа - молодые, современные, в основном городские ребята и девушки. Большинство из них поступили в университет будучи выпускниками школ, поэтому были значительно младше него. Но они увидели в нем очень тёплого, улыбчивого, неординарного парня и потянулись к нему. Несмотря на то, что Сейфика назначают старостой группы, избирают членом Партбюро факультета, он остаётся таким же простым и общительным, его любят и уважают как преподаватели, так и студенты.

Чувствуется, что он соскучился по учебе, ведь это было его любимым занятием до армии. О том, как учился Сейф на юрфаке, говорит тот факт, что он все время получал отличную стипендию. В летние каникулы не гнушался подрабатывать вожатым в пионерских лагерях Апшерона, однажды даже съездил на заработки на целину в Казахстан. Но довести учебу до конца, получить юридическое высшее образование, как его молодые коллеги, ему было не суждено. Парадоксально, невероятно, но факт: отличная учеба, великолепные характеристики, членство в КПСС, общественный статус сыграли с ним злую шутку, предопределили начало его трагического конца вдали от родины. С третьего курса его направят в Москву, в МГИМО и он станет первым профессиональным дипломатом - азербайджанцем.

Думаю, немалое влияние Сейфуллы сказалось на том, что в целом набор юрфака АГУ 1956 года оказался очень удачным. Он, безусловно, своим отношением к учебе, фактом, что в его лице именно студент юрфака был избран первым представителем республики для учебы в МГИМО, высоко поднял планку курса и факультета в целом. Без преувеличения, можно сказать, что этот курс оказался своеобразным "инкубатором" правовой элиты республики.

Многие выпускники - сокурсники Сейфуллы занимали высокие должности в законодательной и правоохранительной системе Азербайджана, стали известным адвокатами, учеными-правоведами, преподавателями. Об Адике Агаеве (Allah Rəhmət eləsin) я уже писал в первой части. На последнем этапе жизни, во время обострения ситуации в Карабахе, тогдашний президент республики А.Муталибов назначил его прокурором по особым поручениям по этой автономной области.

Другой однокурсник - Низами Алиев дослужился до высокого звания прокурора города Баку. Один из выпускников А. Рзаев основал первую в республике адвокатскую контору, стал авторитетнейшим адвокатом. В.Кабулов, к которому Сейф испытывал особую симпатию, работал в Президиуме Верховного Совета Азербайджанской ССР. Ю.Вагабов стал учёным, работал в Институте философии и права АН Азербайджана, много преподавал. Когда я учился в АЗИНХа, он читал там курс "Советское право", очень тепло, и одновременно с грустью, вспоминал Сейфуллу. И много-много других друзей, и однокашники по юрфаку АГУ, где он оставил о себе непреходящую память.

Будучи студентом АГУ, с братом произошел любопытный, скорее знаменательный случай. Весной 1958 года состоялся первый визит в СССР президента ОАР Гамаль Абдель Насера. В программу визита была включена поездка египетской делегации в Баку, где прошли многочисленные встречи и мероприятия. В частности, в здании президиума АН Азербайджана, рядом с АГУ Насер выступил перед представителями общественности Баку, куда по разнарядке направили студентов юрфака, включая Сейфуллу. Мог ли тогда он представить себе, что через семь лет, в начале 1965, будучи на стажировке в Египете ему придется переводить встречу Насера с советской делегацией.

Рассказывая об университетских годах Сейфуллы, не могу не коснуться одной печальной истории из его личной жизни. В университете он познакомился с девушкой по имени Диляра, она училась на филфаке. Они начали встречаться, он даже привел ее домой и познакомил с родителями. Дэка, как он ее называл, была светленькой девушкой, но не сказать, что красавица. Но чувствовалось что она нравится Сейфулле и у него были серьезные намерения. Однако, старшая сестра Ругия "забраковала" выбор брата, полагая, что внешне она ему не подходит. В результате они расстались. Наша мама впоследствии не раз сокрушалась таким поворотом в этой грустной истории.

Много лет спустя, в вагоне московского метро ко мне подошла женщина и уверенно сказала, что я брат Сейфуллы. Не спросила, а именно утвердительно сказала о моей схожести со старшим братом. Я, конечно же, опешил. Это была Дэка. У нее был очень грустный взгляд. Спросила, помню ли я ее? Конечно, я ее помнил, ещё потому что она была на похоронах Сейфика.

Дэка рассказала о том, что вышла замуж, но затем развелась и призналась мне, что все время любила Сейфуллу. Расстались мы тепло, но с очень тяжёлым чувством на сердце. Честно говоря, почему-то мне тогда не хотелось, чтобы Дэка уходила. И я почувствовал, она была бы хороший женой и другом моего брата, ЕСЛИ бы...

Однако, такими обидными "если" была наполнена вся его жизнь.

 

Контакт для писем и вопросов mr.kottik@bk.ru